![pageSearch](/themes/hestia/images/page-search.webp)
Один человек пострадал при падении на стройке в округе Палм-Бич
Aug 16, 2023250 стендов на 83-й Ист-Стрит возглавили Верхний Ист-Сайд Манхэттена
Aug 20, 202325 вещей, которые вы никогда не знали о 100-долларовой купюре
May 06, 202425 вещей, которые вы никогда не знали о 100-долларовой купюре
Jun 01, 2024Завершается строительство 35 Commercial Street в Гринпойнте, Бруклин
Aug 13, 2023Истории чести: воспоминания местных ветеранов войны
![Jan 30, 2024](/themes/hestia/images/news-details-icon1.webp)
В течение многих лет The Buffalo News рассказывала истории ветеранов Западного Нью-Йорка, которые служили нашей стране в вооруженных силах во время Второй мировой войны и после нее. Вот посмотрите на некоторые из них.
Так долго было легко думать, что эти истории будут там.
На чердаке стоял кедровый сундук, в котором хранились потрепанная армейская фуражка моего отца, его альбомы для вырезок и пара богато украшенных сандалий, которые он привез домой для моей матери с войны. На каминной полке висели черно-белые фотографии, а на комоде в спальне — медали, которые мои родители всегда говорили, что они, возможно, были подстроены, но так и не сделали этого.
Были моменты, когда мой отец и моя мама говорили за столом о более легких воспоминаниях, о лагере, где мой отец каждый день плавал к хижине, которую они арендовали на берегу небольшого близлежащего озера, об их долгих и отдельных поездках на поезде в Нью-Йорк незадолго до того, как мой отец уехал за границу, а Манхэттен был ближайшим местом встречи посередине.
Вторая мировая война определила траекторию их жизни, которая была практически одинаковой для родителей многих детей, которых я знал в школе. Так было и с моим дядей, который приходил пить кофе с моими родителями, и с ребятами, с которыми мой отец работал на угольной куче паровой станции, и с человеком в белой рубашке за прилавком в магазине на углу. .
Даже сейчас поколение, пережившее войну, вспоминает «День виджея» со смесью радости, облегчения и печали.
Все они участвовали в «войне», реальности и, казалось бы, случайном упоминании, которое присутствовало в нашей коллективной жизни так же, как погода, налетевшая с озера, даже если мои родители не тратили много времени на разговоры об этом.
Тем не менее, я рано усвоил – осознание этого нутром задолго до того, как я сознательно проработал это в своей голове, – что есть вещи, о которых ты не спрашиваешь, и места, которые ты не посещаешь, потому что какие бы ответы ты ни надеялся узнать в 10, 15 или 20, казалось, обязательно будет предложено когда-нибудь и где-нибудь, когда наступит подходящее время.
Позднее я узнал, что жизнь движется со скоростью молнии, и многие вещи, которые кажутся вечными, исчезают задолго до того, как вы к этому готовы.
Я поступил в колледж, встретил свою будущую жену, получил высшее образование и начал передвигаться по мере того, как мы строили свою жизнь. Оба моих родителя умерли, когда мне было около 20 лет, и ушли до того, как у них появилась возможность перевести дух, которого они так усердно добивались. Спустя 35 лет я все еще размышляю над тайнами, о которых мне хотелось бы спросить, когда у меня будет такая возможность.
Даже после того, как они ушли, многие из их братьев и сестер и их давние друзья все еще были рядом, и я решил, что еще есть время узнать некоторые ответы.
Джордж и Коррин Кляйн из Амхерста ежегодно совершают паломничества, чтобы вспомнить своего школьного друга, погибшего во время осады Иводзимы.
Это опасное предположение. Вы воспитываете своих детей, ходите на работу и каждый день делаете то, что вам нужно, и однажды утром вы просыпаетесь и видите, что вам 61 год, вы седовласы, и понимаете, что конец Второй мировой войны теперь настолько далек от нас, насколько это возможно. Для моих родителей американское прошлое стало концом Гражданской войны в день бомбардировки Перл-Харбора.
Когда-то в повседневном ритме каждого сообщества в стране доминировали поколения, сформировавшиеся в годы войны. Сегодня? После многих жизней, сопровождавшихся каскадной национальной борьбой, демографическая группа, достигшая совершеннолетия во время Второй мировой войны, уже сократилась до минимума – даже до того, как женщины и мужчины, которые так ярко помнят войну, оказались среди наиболее уязвимых и изолированных во время пандемии.
По имеющимся данным, из 16 миллионов человек, служивших в американской армии во время Второй мировой войны, с нами осталось лишь около 100 000 ветеранов, что составляет менее 1%.
Если мы собираемся слушать, наш последний шанс – сейчас.
Именно об этом говорится в сегодняшнем специальном разделе The Buffalo News, в котором представлены портреты ветеранов, служивших в то время. Но это также истина, которую я изо всех сил стараюсь помнить в повседневной жизни с небольшой группой наставников, родственников и друзей, чьи воспоминания о тех десятилетиях великих перемен теперь превращаются в величайшее гражданское сокровище.